Год народного единства

«Мина замедленного действия»

Накануне Дня народного единства, который будем отмечать 17 сентября, вспоминаем носителей нравственного начала, на которых была (и есть!) богата Лунинетчина. Они выдержали испытания «смутного» времени в истории нашего края и могут являться примером человеческого достоинства, национального самосознания, верности вере и Родине.

 

В прошлом году в случайной компании напомнила, что наша встреча происходит в день очередной годовщины начала Великой Отечественной войны. Мой ровесник-пенсионер издевательски заёрничал:

–А для меня 22 июня в календаре отмечено красным цветом! В этот день в 1941-м немцы разбомбили Брестскую тюрьму. Мой дед, бывший в заключении, сумел сбежать. После войны об обвинении как-то забыли, но от стресса и страха он терпеть не мог Советы. И мне передал эти чувства!

Что было сказать в ответ? Что мне очень жаль как минимум два поколения людей, жизнь которых прошла в нелюбви – к существующей власти, к государству, от которого получали (и получают) многочисленные блага, а значит – и к народу, который составляет основу государства?

Не пыталась «вразумить» седого человека, не доросшего до гражданской зрелости. Подумала о другом. Постперестроечная пресса, навязывая свою оценку событиям после 17 сентября 1939 года, обвиняет тогдашние власти в организации террора против местного населения. Эту позицию будто подтверждает изданный 16 января 1989 года Указ Верховного Совета СССР «О дополнительных мерах по восстановлению справедливости в отношении жертв репрессий, имевших место в период 30-40 и начале 50-х годов».

Тогда же была создана Комиссия при Брестском облисполкоме по оказанию содействия в обеспечении прав политических репрессий 20-80-х годов и увековечении их памяти. В соответствии с ее решением имена почти трехсот человек, имеющих отношение к нашему району – местом рождения или проживания, опубликованы в книге «Память. Лунинецкий район» (1995).

В материале «Возвращенные имена» люди названы жертвами необоснованных политических репрессий. Выбирая эти имена (не утверждаю, что найдены все) из нескольких тысяч папок в архиве Брестской областной прокуратуры, иногда перелистывала дела реабилитированных. Попадались обвинения в кражах и драках – натуральная уголовщина!

Современные правоохранители объяснили, что выносили приговоры списком – списком и реабилитировали всех, кто был осужден внесудебными органами (так называемой «тройкой»).

Каюсь, каюсь, каюсь… Формально действовала в рамках существующего законодательства, хотя должна была иниицировать принципиальный подход к отбору имен для увековечения имен в историко-документальной хронике…

Дальше – больше. В ряде изданий опубликованы воспоминания одной из реабилитированных уроженок Лунинца, после войны ставшей жительницей Польши. Она рассказывала, как в сентябре 1939 года несколько выпускников польской гимназии создали в Лунинце подпольную организацию и планировали проводить диверсии против красноармейцев и приехавших с востока партийно-советских работников. Не успели – их вовремя раскрыли. Можно ли назвать «необоснованными» преследования за эти преступления?

Есть и другие истории. Выселению, из-за своей профессии «при Польше», подвергся один из лунинчан. В суматохе энкавэдэшники арестовали его брата. Никто не заявил об ошибке – и бедолага с женой и новорожденной дочерью 6 лет провел в ссылке. Как же все эти годы чувствовал себя его брат?

…Одна из моих знакомых, у которой была выслана на север семья прадеда, реалистично утверждает:

–Какие репрессии?! Какие власти?! Какой Сталин?! В нашей деревне все знают, что донос написали соседи. Сразу после ареста моих предков они перерыли весь огород в поисках будто бы закопанного золота…

Татьяна КОНОПАЦКАЯ.

Показать больше

Похожие статьи

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть