Народный ансамбль народной песни и музыки «Прымакі» из Лунинца – один из самых ярких и самобытных коллективов не только города, но и всей Белорусской железной дороги. За почти четверть века музыканты успели завоевать любовь зрителей далеко за пределами родного Полесья, а их фирменный стиль, искренний задор и современное прочтение фольклора остается визитной карточкой ансамбля.

О том, что изменилось в жизни «Прымакоў» за последний год, какие сюрпризы они готовят поклонникам, мы поговорили с руководителем коллектива Андреем Конопацким.

– Андрей, наше прошлое интервью вышло около года назад. Что нового появилось в жизни «Прымакоў» за это время?

– Очень многое изменилось, причем кардинально. Во-первых, в Доме культуры железнодорожников наконец-то открылась собственная студия звукозаписи. Мы ждали этого очень долго. Теперь наша творческая база – не просто место для репетиций, а полноценная творческая лаборатория. Там установили профессиональное оборудование, есть синтезатор, электрогитара, бас-гитара, ударная установка, программное обеспечение для сведения и мастеринга. Мы можем записывать материал от чернового демо до готового трека. Это огромный шаг вперед для нас и разных творческих коллективов Лунинца. Студию могут использовать не только железнодорожники, но и все жители города. В планах – мастер-классы для начинающих, запись совместных проектов и создание аудиоархива. Так что теперь мы можем работать над качеством звука на совершенно другом уровне.

– А как насчет тех планов, о которых вы рассказывали в прошлый раз – создать подростковый кавер-бэнд?

– Да, мы это сделали. Набрали детей, многие из них начинали практически с нуля. Были ребята, которые уже играли на гитарах, но на бас-гитаре, например, никто не умел. Сейчас у нас занимаются четыре человека, ждем еще пополнения. Конечно, отсеялись те, кто ленился. Надеемся, что в перспективе эти дети уже будут полноценно работать с основным коллективом. Они впитывают народную культуру в осовремененном виде – мы даем им ремиксы, что-то такое. Вот я недавно обработал с помощью нейросети песню «Что было» – звучит интересно. Или «Касіў Ясь канюшыну» – ее уже столько раз переделывали, что и не сосчитать. Идея в том, чтобы показать ребятам, что фольклор может быть современным.

– Вы сказали про искусственный интеллект. Это новый этап в творчестве?

– Да. Наши старые песни я обработал с помощью ИИ. Не все результаты мне нравятся, но около половины – точно. Например, быстрые танцевальные композиции зазвучали прекрасно. С медленными пока сложнее. Поэтому в планах – сделать целую программу белорусской танцевальной музыки, которую мы так и назовем: «И.И.», то есть «Искусственный интеллект». Но это не все. Параллельно мы готовим еще две программы. Первая – «Споем вместе», где будут собраны популярные песни: народные, авторские, ставшие хитами. Это такой интерактив со зрителем, где мы меньше поем сами, а больше вовлекаем зал. Вторая – патриотическая. Мы уже участвовали в турне, посвященном Дню Независимости, и хотим повторить этот опыт. У нас достаточно песен про Беларусь, родной край, на военную тематику, так что, можно сказать, гонимся за несколькими зайцами. Надеемся, хотя бы одного поймаем. При этом наш фирменный стиль – «фолк-модерн» – остается. Ту же «Катюшу», возможно, сделаем в новой аранжировке, но постараемся сохранить звучание инструментов, которое было заложено изначально. Слишком много ремиксов «Катюши» существует, и они, честно говоря, не всегда звучат хорошо. Хотим найти ту грань, где современность не убивает душу песни.

– Вы как-то упомянули, что Ваш сын помогает с аранжировками. Не возникает ли творческих конфликтов в такой семейной команде?

– Нет, мы работаем сообща. Есть общая цель. Если я пишу аранжировку или беру песню для обработки, то всегда советуюсь с коллегами. Далее отправляем материал моему Тимофею, он доводит его до ума. Если кому-то что-то не нравится, обсуждаем и переделываем. Так что это всегда коллективное решение. Младшие не боятся перепрыгнуть старших, а те рады, что есть кому передать опыт. Что касается кризисов и выгорания, то в нашем коллективе такого нет. Если у одного опускаются руки, другой подхватывает – не даем друг другу утонуть. Плюс, сейчас столько идей! Я переслушал старые песни, которые мы раньше не использовали, и понял, что их можно сделать совершенно по-новому. В век современных технологий и с новой студией невозможно выгореть, когда вокруг столько материала для творчества.

– В нашей стране 2026-й объявлен Годом белорусской женщины. Пишете ли песни на эту тему?

– Конечно! У меня уже есть две песни для женщин. Одна – шуточная, для коллектива, другая – более серьезная, сольная. Мы на каждом концерте напоминаем, что наступил особенный год. И гости из-за рубежа, и наши зрители очень тепло это воспринимают. Какой образ белорусской женщины живет в моих песнях? В первую очередь для меня – это мама. Она научила своих троих детей всему. Ее девиз: «Не верьте тем, кто говорит, что вы не умеете. Я научусь и сделаю!». Своим сыновьям всегда говорю: «Никогда не произносите «я не умею»». Если чего-то не знаешь – открой Интернет, посмотри, научись. Меня поражает, когда взрослые люди говорят «я не могу». При желании все можно сделать. А пример нужно брать с родителей. Мои мама и жена – вот они, настоящие белорусские женщины!

– Андрей, а с чего вообще началась история «Прымакоў»? Как пришли к такому названию?

– А начиналось все в 2002-2003 годах. В Лунинце был культурно-спортивный комплекс, где собирались музыканты, играли. Я тогда вернулся из Бреста, мы начали репетировать.
И вот как-то собрались несколько человек: Миша Струков (он был первым руководителем), Володя со скрипкой, я с балалайкой… Взяли старые инструменты, сели и сыграли. Первой песней стала «Ой, я прымак…». Через неделю нас уже пригласили выступить на заводе, через месяц была готова половина программы, а еще через месяц репетировали уже каждый день. Позже Слава Харитонович пошел к нашему тогда начальнику станции Валерию Вереничу и попросил новые инструменты – бас-гитару и нормальную балалайку. С названием вышла целая история. Изначально мы были «Лунінецкія прымакі». Каждые три года подтверждаем звание народного коллектива. Когда поехали выступать на первые областные «Дожинки», нам сказали: «Зачем вам привязка к местности? Будьте просто «Прымакі»». Так и пошло. Потом встречались с польскими коллективами, которые называют себя «прымакамі». Они говорили: «Вы же нас хорошо принимаете, значит, вы тоже «прымакі!». И мы поняли, что в этом есть глубинная философия: «прымак» – человек, которого приняли, который нашел свой дом и свою семью. Все мы, по сути, «прымакі».

– За эти годы у коллектива накопилось множество забавных историй. Может, какие-то смешные моменты на концертах или курьезы с недавних выступлений?

– Ой, да постоянно что-то происходит! Мы же половину выступления общаемся со зрителями, шутим, играем. Например, придумали такую шутку: выходим и говорим: «А угадайте, кто из нас с тещей живет?» И показываем на Виталика – он у нас худой, потом на меня – я полнее. Все смотрят, смеются, начинают гадать. А мы специально молчим, даем посовещаться. И вот зал уже вовлечен, все обсуждают, улыбаются. А потом, конечно, признаемся, что все трое так или иначе через это прошли – не зря же мы «Прымакі»!

Или вот еще одна история. Недавно на концерте признаюсь зрителям: «Ребята, я машину недавно купил». Зал аплодирует, радуется. Дальше продолжаю: «Есть поверье, кто меня обнимет, тот тоже купит авто!» Все сразу оживились, засмеялись. Потом говорю: «А кто хочет построить дом, должен обнять Славу, потому что он дом построил». И тут добавляю: «А если обнять Виталика, то детей у вас будет больше – у него уже четверо!» И представляете, все почему-то сразу побежали к Виталику. Хотя я машину предлагал, Слава – дом, а зрители выбрали детей. Мы до сих пор смеемся: видимо, дом и машина – это дело наживное, а дети – это самое главное. После концерта вообще забавно было: когда подходили фотографироваться, то все старались встать поближе к Виталику. А вдруг!

– Как Вам удается сохранять такой задор и оставаться актуальными почти четверть века?

– Наверное, потому что мы не стоим на месте: пишем новые песни, привлекаем молодежь, экспериментируем с ИИ, а теперь у нас есть и собственная студия. Но при этом всегда остаемся верны тому, с чего начинали – любви к народной песне и к нашему зрителю. Знаем, что мы нужны людям, это главное. Белорусская народная песня может звучать современно, ярко и пронзительно. И у нее точно нет срока давности!

Михаил БЕРДНИК, "Железнодорожник Беларуси"

Подписывайтесь на наш канал в Telegram